«Нет ничего хуже, чем драться с женщинами…»

21 марта, 2020 8:42 дп

2sis

Игорь Бродский поделился:

Владимир Рабинович

Рассказ глупого еврея

Нет ничего хуже, чем драться с женщинами. Я вам расскажу почему.

Некоторые думают, что все евреи умные. Это весьма распространённая среди антисемитов ошибка. Происходит она от того, что умный еврей всегда заметен, а о глупом никто ничего не знает, кроме его родственников и друзей. Вот, я например, глупый еврей. У меня нет высшего образования. Я не выделяюсь особым остроумием и не знаю, что сказать и как спросить. Я не читаю книг. Я тихий скромный глупый еврей, работаю рубщиком мяса в гастрономе на Московской, рядом с городским управлением милиции. Приличное место, позволяет мне нормально питаться, прилично одеваться и иногда ездить на такси. Есть у меня одна слабость, я люблю высоких крупных женщин.

В отношении моей национальности ни у кого сомнений не возникает. Во мне еврея за двадцать метров видно. Приблизительно с такого расстояния меня эта компания женщина и двое мужчин и заметили. Когда они подошли к стоянке, один сказал:

— О, глядите, перед нами ж..д стоит.

А когда я спросил:

— Почему вы так говорите?

Женщина засмеялась и сказала:

— Потому, что вы издалека похожий на воробья.

Эта глупая шутка про воробья. Может я и в самом деле похож на воробья. Я маленький, ростом ниже среднего, весу во мне пятьдесят шесть кило, значок КМС по боксу в наилегчайшем весе под пальто не виден. Их трое. Выпившие, но на ногах стоят. Конечно, очень смелые. Два интеллигентного вида мужика, одна женщина. Она лет на десять их моложе, симпатичная, высокая. Я улыбнулся только ей и сказал:

— Почему нужно обязательно употреблять слово «ж..д», разве другого слова нет.

Тогда второй сказал:

— Слово «ж..д» не воробей, выпустил не поймаешь.

Этот каламбур показался женщине очень смешным, она захохотала. Нет, женщина была красивая и, сам не зная почему, я засмеялся вместе с ней.

А первый обратился ко мне и спросил:

— Хотите знать почему?

— Ну, допустим, — сказал я.

— Потому, что жи..ами когда-то звали евреев. Потом, когда советская власть пришла, — это слово запретили. Беларусам и украинцам запретили, а поляки это слово в своем языке коммунистам не отдали. Моего деда чуть за жи..а в двадцать седьмом году не посадили. Чтобы слово из беларуского языка не пропало, стали так называть воробьев.

— Какую глупость вы говорите! – воскликнул я возмущенно.

— Ты, ж..д, чем-то не доволен? – спросил второй.

— Вы что, хотите меня оскорбить? – спросил я.

Но он меня не слышал, он обращался к своим спутникам:

— Современный беларуский язык явление сравнительно новое. Многое там находится еще в стадии утверждения. Можно было бы вернуть слову «ж..д» прежнее значение, а воробьев называть яурэями.

Он явно работал на эту женщину и снова ее рассмешил. Зря он это сделал, я вдруг почувствовал себя оскорбленным по национальному признаку, неспеша натянул на руки шерстяные перчатки и засадил ему, не очень сильно, но по самому кончику подбородка и вырубил. А когда второй побежал ко мне, смешно выставив руки перед собой , я как, тореадор перед быком в последнюю секунду отступил в сторону и пробил по голове с обеих рук.

Били ли вас когда-нибудь сумкой. Сумкой с толстыми книгами на длинном ремне, раскрученной как праща. Удар был такой силы, что я на секунду отключился. Только боксерская привычка держать удары, помогла мне устоять на ногах. Я потом понял, что не просто устоял, но и машинально ответил. Но не вырубил. С одной стороны потому, что сам был оглушен, а с другой стороны потому, что бабы у них, приученные к битью, держат удар лучше, чем мужики. Она, закрыв лицо руками, пошла и села на скамейку, а я, проклиная все на свете, вытирая кровь с лица, пошел, шатаясь, подальше от этой стоянки такси.